автореферат диссертации по филологии, специальность ВАК РФ 10.01.01
диссертация на тему: Эволюция балладных форм в поэзии Н. Гумилева: проблематика и поэтика

Диссертация по филологии на тему

Введение диссертации 2002 год, автореферат по филологии, Бобрицких, Людмила Яковлевна

Долгие годы имя Н.С.Гумилева лишь изредка упоминалось в качестве организатора и мэтра небольшой, но влиятельной группы акмеистов. Однако он был не просто деятельным организатором, но и оригинальным мастером стиха. За свою недолгую жизнь Гумилев сделал очень много. Современники знали его не только как теоретика акмеизма, поэта, прозаика, драматурга, но и как литературного критика, переводчика.

Всего тридцать пять лет прожил поэт; сейчас наступила вторая его жизнь — возвращение к читателям его наследия. Опубликованы поэтические сборники, проза, статьи, а также варианты тех или иных произведений, письма и воспоминания о нем. Его творчество привлекает читателя новизной и смелостью поэтических решений, остротой чувств, взволнованной мыслью. Все это находит выражение и в такой странице его творчества, как баллады и балладные стихотворения.

Естественно, что такой все возрастающий интерес к наследию Н.Гумилева не ускользнул от внимания литературоведов. Сейчас уже можно сказать, что началось углубленное исследование этого достаточно сложного, интересного и фактически не изученного поэта. Еще А.И.Павловский в статье «О творчестве Николая Гумилева и проблемах его изучения» наметил основные задачи, стоящие перед современным поколением гумилевоведов: «Прежде всего предстоит выработать, хотя бы в предварительном виде, но с максимальным приближением к истине, общую концепцию творчества Гумилева; необходимо установить место его в русской поэзии XX века; выяснить основные взаимодействия поэта с его современниками; проследить своеобразие его поэтического метода; исследовать его эстетические взгляды; осмыслить характер его драматургии и своеобразие прозы; изучить принципы его переводческой работы и такие важнейшие моменты, как например характер, эволюцию и смысл ориентализма Гумилева.» (189, 8). Все это важные проблемы исследования творчества поэта. Однако, как видим, в круг обозначенных А.И.Павловским проблем не входят задачи изучения лиро-эпических жанров — поэм и баллад. Баллада и балладность стихотворений Н.Гумилева — практически «белое пятно» в гумилевоведении. На наш взгляд, изучение этого творческого пласта художника чрезвычайно важно, так как в его балладности заключено многое, что связывает Гумилева с неоромантической традицией «серебряного века», а кроме того, выражает индивидуальное своеобразие поэта.

А как же изучается в этом аспекте наследие Н.Гумилева? Есть ли в работах о его творчестве хотя бы частные замечания по интересующему нас вопросу о балладном начале в художественном мироощущении поэта? Охарактеризуем основные интересующие нас моменты в работах о творчестве Н.Гумилева.

За последнее десятилетие вышло в свет много статей и книг, обозревающих все творчество поэта, а также изучающих отдельные его аспекты. Прежде всего ведутся разыскания в области творческой биографии поэта, ценность этих материалов неоспорима. Опубликованы воспоминания его современников (См. №№ 6, 92, 155, 180 Библиографии). Среди этих работ особо нужно выделить книгу В.К.Лукницкой (152). В ней говорится о жизни поэта в контексте эпохи, о его литературных связях, духовной и творческой эволюции. Вышли в свет работы, посвященные отдельным периодам жизни Гумилева (120, 261, 264, 281).

Немаловажное значение для осмысления наследия Н.Гумилева имеет выработка общего взгляда на эволюцию и характер его творческого пути (187, 190, 197, 205). Авторы данных работ говорят об эволюции творческого пути поэта от его первого сборника «Путь конквистадоров» (1905) до «Огненного столпа» (1921), о пресловутой маске воина, охотника, путешественника, сопровождавшей Гумилева на протяжении всего творчества, о его сходстве с поэтами-парнасцами Леконтом де Лилем, Т.Готье, которое проявляется прежде всего во взгляде на искусство как первейшую жизненную сфеРУ

Несомненный интерес представляют также и появляющиеся отдельные публикации, посвященные философской стороне творчества Н.Гумилева (35, 113, 240). М.Йованович предлагает гумилевскую концепцию поэтического творчества, которое, по мысли художника, обладало своеобразным «магизмом», соперничающим с магизмом Творца. И поэтому неудивительно, что Гумилев мечтал о том времени, когда миром будут управлять друиды — поэты-жрецы. С.Л.Слободнюк отмечает, что элементы восточной духовности во многом наложили отпечаток на понимание поэтом бога и дьявола, добра и зла, жизни и смерти: «Человек движется к смерти, которая, соединив его с дьяволом, дает возможность постижения знания; а так как все подчинено року — способ ухода из жизни уже предопределен. Но смерть есть заключительный этап на пути к совершенству и поэтому выбор ее зависит от самого индивида» (240,182).

Не ускользнул от внимания литературоведов и другой важный аспект творчества поэта — его ориенталистика (289). Одним из первых наиболее обстоятельно стал рассматривать эту проблему Ап.Б.Давидсон (72), убедительно опровергая не раз предъявлявшиеся Н. Гумилеву обвинения в «романтическом колонизаторстве».

О лирике военных лет и об отношении поэта к войне пишет Ю.В.Зобнин (101). Ученый опровергает предъявляемые Гумилеву обвинения в «шовинизме» или «агитационности», ставя в центр цикла «военных» стихов проблему взаимодействия личности и истории.

Прослеживается сейчас и воздействие Н. Гумилева на творчество поэтов советской эпохи (разумеется, не в идеологическом смысле), которое оказывается более глубоким и сильным, чем принято было думать (168, 293). Влияние Н.Гумилева на поэзию Н.Тихонова отмечает в своей монографии «Молодеет и лад баллад» С.Л.Страшнов (256), который подчеркивает и сходство лирических героев поэтов — «волевых романтиков, настоящих мужчин, и общую тягу к нецивилизованным, первозданным пространствам и людям, и следы давления гумилевского стиля в творчестве Тихонова 20 — 30-х годов» (256, 27-28).

Появилось немало исследований, посвященных различным аспектам проблемы «Гумилев и символизм» — иначе «символизм и акмеизм» (66, 235, 266). Ученые пишут о взаимоотношениях Гумилева с символистами, прежде всего с В.Брюсовым, о влиянии последнего на начинающего поэта, о становлении акмеизма как литературного течения, во многом отличного от символизма и в то же время немало взявшего от него. По словам Н.Ю.Грякаловой, «акмеисты вплотную подошли к проблеме, ставшей нервом культурфилосо-фии XX в., — к проблеме соотношения антропологического и «идеологического», сознательного и бессознательного, чувственного и рационального в культуре» (66,123).

Особую область исследований составляет литературно-критическая и переводческая деятельность Н.Гумилева (121, 136). Видное место в этом ряду занимает статья Г.М.Фридлендера (275). В отличие от авторов других работ на данную тему, всецело подчиненных проблеме «Гумилев и акмеизм», Фридлендер подчеркивает, что, «хотя Гумилев был лидером акмеизма , поэзия Гумилева — слишком крупное и оригинальное явление, чтобы ставить знак равенства между его художественным творчеством и литературной программой акмеизма» (275, 16). Ученый подробно рассматривает взгляды Гумилева на поэзию и искусство, дает оценку его критическим статьям, отмечает его роль как «историка и переводчика французской поэзии, внесшего значительный вклад в дело ознакомления русского читателя с культурными ценностями народов Европы, Азии и Африки» (275, 44).

Изучается проза и драматургия Гумилева (прежде всего в аспекте идейно-художественного своеобразия) (104, 202, 204, 284). А.И.Павловский, автор одной из лучших работ о Гумилеве-поэте, справедливо утверждает, что драматургия Гумилева, являющаяся отдельной частью его творчества, заслуживает особого и специального внимания, тем более что к пьесам или к драматическим поэмам он обращался на протяжении почти всей своей деятельности . Это — театр поэта .» (188, 48). Д.И.Золотницкий также отмечает «самостоятельную ценность и силу гумилевской драматургии». «Гумилев-драматург дал привлекательный ряд героев — подвижников и избранников судьбы, увлекаемых навстречу своему призванию. Он заинтересованно наблюдал, как человек подымается на нравственную и духовную высоту подлинной личности, как он становится достойным своего предназначения в мире» (104, 37).

В издании «Н.С.Гумилев: pro et contra» (183), вышедшем в 1995 году в Санкт-Петербурге и переизданном в 2000 году, собраны критические отзывы и воспоминания современников, дающих оценку творчества и личности поэта. Основополагающей работой, в основе которой лежит задача целостного осмысления наследия Гумилева, несомненно, является статья Ю.Н.Верховского «Путь поэта» (45). В ней автор сосредоточил внимание прежде всего на вопросах поэтики. Попытки исследования поэтики Гумилева предпринимаются и другими литературоведами (44, 105, 170, 236, 237, 272). А.И.Павловский верно очертил круг проблем, связанных с поэтикой Н.Гумилева (смена масок, стремление уравновесить художественное слово и ритм, экзотичность образов). О пресловутой маске Гумилева мы уже говорили выше. О самоценности, целомудрии гумилевского слова писали В.Вейдле, К.В.Мочульский. Вяч.Вс.Иванов в своей статье «Звездная вспышка» (105) рассматривает ведущие образы в поэзии Гумилева, обнаруживая в их создании традиции Блока, футуристов. Особо нужно сказать о работе С.Л.Слободнюка «Николай Гумилев: Модель мира (К вопросу о поэтике образа)» (238). В ней исследуются приемы создания гумилевских образов, являющихся сквозными в творчестве поэта, и образных рядов, таких, например, как: Люцифер — огонь — смерть — очищение — познание — звезда, создаваемых

Гумилевым на протяжении всей жизни. Обращаются ученые и к метрике Гумилева. Вяч.Вс.Иванов отметил в стихах поэта накопление пиррихиев, подчеркнув при этом влияние В.Брюсова, Вяч.Иванова, А.Белого. В своей статье «У каждого метра есть своя душа» (Метрика Н.Гумилева)» (17) В.С.Баевский исследует особенности метрики Н.Гумилева. На примере трех стихотворений, объединенных общей тематикой, образами, объемом текстов, но имеющих при этом разные стихотворные размеры, ученый показывает разницу впечатления, которое производят на читателя данные произведения.

Обзор работ о творчестве Н.Гумилева наглядно свидетельствует о том, что, действительно, такая важная область, как жанровое своеобразие поэзии Н.Гумилева, прежде всего лирики, лиро-эпики и стихотворных драм поэта, в литературоведении не исследована. Практически в тени остаются его поэмы и баллады, хотя в нескольких работах (45, 93, 103, 161, 256) вскользь указывается на баштадность стихотворений Н.Гумилева или сделаны самые общие замечания, касающиеся баллад поэта в связи с их влиянием на произведения Н.Тихонова.

В 1996 году, правда, была защищена кандидатская диссертация на тему «Эволюция «страшной» баллады в творчестве русских поэтов-романтиков XIX — начала XX веков: (От В.А. Жуковского до Н.С. Гумилева)» (43), один из параграфов которой посвящен «страшной» балладе в поэзии Н.Гумилева. Автор работы, АГ.Вакуленко, рассматривает проблематику «страшной» баллады Гумилева и исследует поэтику «ужаса», однако за рамки означенной темы не выходит, тогда как исследование особенностей жанра баллады в творчестве Гумилева поможет понять неповторимость и многогранность таланта поэта и раскроет еще одну страницу в истории развития балладного жанра.

Выбор темы диссертационной работы объясняется ее неизученностью, практической значимостью и возможностью самостоятельных изысканий.

Собственно баллад, по обозначению самого Н.Гумилева, в его творческом наследии немного. Однако тематические, структурные и стилистические особенности целого ряда произведений поэта указывают на наличие в них балладного элемента, что дает основание для их изучения в общей традиции жанра. В диссертационной работе для обозначения этих произведений употребляются выражения «балладные стихотворения», «балладные опыты» и т.п.

Цель работы — изучение поэтического наследия Н.Гумилева в жанрово-стилистическом аспекте.

Задачи работы заключаются в следующем:

1) проследить историческое развитие жанра литературной баллады (как западноевропейской, так и русской) и определить место Н.Гумилева в этом процессе;

2) выявить своеобразие тематики и проблематики балладных произведений Н.Гумилева на фоне жанровой традиции;

3) проанализировать соотношение лирического и эпического начал в балладных стихотворениях Н.Гумилева (в рамках общей лиро-эпической структуры);

4) исследовать приемы балладной поэтики (сюжетно-композиционные, стилистические, синтаксические, а также характер образности) Н.Гумилева.

На защиту выносятся следующие положения:

— русская литературная баллада в эпоху «серебряного века» — один из продуктивных жанров, нашедший применение в творчестве многих поэтов: Н.Гумилева, В.Брюсова, А.Ахматовой, И.Северянина, А.Белого и др.;

— в творчестве Н.Гумилева, кроме собственно баллад, сформировалось большое количество произведений балладного типа;

— баллады и балладные произведения Н.Гумилева в своей структуре явно тяготеют к лирическому началу (за счет сокращения эпической основы, введения монологов, усиления психологизма и др.);

— Н.Гумилев трансформирует традиционные темы, мотивы, образы, существенно изменяя их идейно-эмоциональную трактовку;

— поэтические приемы Н.Гумилева в их совокупности способствуют созданию своеобразного балладного мира и усилению лиризации балладных произведений.

В работе использованы методы историко-литературного, сравнительно-типологического подходов к литературе, принципы жанрово-стилистического анализа произведений.

Практическое значение работы заключается в том, что ее результаты могут быть использованы в вузовских и школьных лекционных курсах по истории русской литературы XX века, в соответствующих спецкурсах и спецсеминарах по поэзии «серебряного века».

Диссертационное исследование состоит из Введения, трех глав и Заключения. В первой главе рассматривается история развития западноевропейской и русской баллады (фольклорной и литературной); во второй — тематика и проблематика балладных стихотворений Н.Гумилева; в третьей исследуются особенности их поэтики. К работе прилагается список использованной литературы, насчитывающий 300 наименований.

Заключение научной работы диссертация на тему «Эволюция балладных форм в поэзии Н. Гумилева: проблематика и поэтика»

Проведенное исследование проблемно-тематической основы, сюжетно-композиционной организации, образной системы и жанрово-стилистических особенностей баллад Н.Гумилева позволяет сделать следующие выводы.

Русская литературная баллада — жанр, вечно изменяющийся и развивающийся. Первоначально корнями своими уходящая в западноевропейскую фольклорную балладу, в дальнейшем русская литературная баллада пошла в своем развитии разными путями. Одни авторы ориентировались на западную структуру, другие испытывали влияние разных жанров национального фольклора: былички, сказки, песни и др.

Н.Гумилев писал, что «история литературы знает два типа баллад -французский и германский. Французская баллада — это лирическое стихотворение с определенным чередованием многократно повторяющихся рифм. Баллада германская — небольшая эпическая поэма, написанная в несколько приподнятом и в то же время наивном тоне, с сюжетом, заимствованным из истории, хотя последнее не обязательно» (III, 201).

Однако в балладном творчестве поэта ведущим стал тип англо-шотландско-немецкой баллады, так как его лиро-эпическая структура с ярко выраженным лиризмом в наибольшей степени соответствовала творческим задачам Гумилева. Говоря о жанре баллады, поэт, как мы показали выше, подчеркивал в ней именно преобладание лирического начала.

Баллада — жанр по преимуществу романтический. Для него характерны таинственность, сказочность, наличие чудес и т. д. Все это было близко Гумилеву, который, не принимая заурядной повседневности, стремился к воплощению исключительных обстоятельств, ярких страстей, острой событийности, то есть к тому, что характерно как раз для баллады.

Жанр всегда и тот и не тот, всегда стар и нов одновременно . Жанр живет настоящим, но всегда помнит свое прошлое, свое начало» (28, 178

179), — писал М.М.Бахтин. Чаще всего, обращаясь к балладе и обновляя ее, поэты испытывали потребность выразить свой душевный опыт, соединив сюжет и чувство, напряженность коллизий и остроту переживаний. Баллада была именно тем жанром, который представлял для этого широкие возможности. В поворотах балладного сюжета давал себя знать дух времени, проступало своеобразие художника.

Исследуя особенности балладных стихотворений Н.Гумилева, мы пришли к выводу о том, что поэт, во многом опираясь на балладные традиции, создает самобытные произведения с ярко выраженным лиризмом.

Тематика гумилевских балладных опытов во многом традиционна как для исторического прошлого этого жанра, так и для «серебряного века»: темы любви, судьбы и рока, возмездия; темы Добра и Зла, жизни и смерти, тема Дьявола. Однако трактовка их у Гумилева оригинальна, а подчас неожиданна.

Исследование показало, что большая часть балладных произведений поэта посвящена теме любви. В традиционной любовной балладе трагизм -ведущий пафос, и связан он прежде всего с женской судьбой (измена возлюбленного, социальное неравенство влюбленных, замужество не по любви и др.). У Гумилева же, как нами установлено, на первый план выдвигается мысль о женском равнодушии, жестокости и коварстве. Поэтому жертвой, страдающей стороной чаще оказывается мужчина (юный маг, жрец, рыцарь, лирический герой гибнут в «поединке роковом»). Гибнет в балладных стихотворениях Гумилева и обманутый муж, тогда как в классической балладе он часто оказывался убийцей возлюбленного своей жены (В.Скотт «Замок Смальгольм, или Иванов вечер»). Страдающим предстает даже сам Князь Тьмы, в то время как в традиционной балладе он выступал как коварный соблазнитель, стремившийся погубить обманутую им жертву. Новым в балладах поэта является и такой сюжетный поворот, когда герой покорно принимает смерть от «руки» своей возлюбленной. Таким образом, любовь в балладных произведениях Гумилева — это любовь-смерть, смертельный поединок, в котором проигрывает тот, кто сильнее любит. Заметим, что в русской поэзии такая трактовка чувства любви не нова (Ф.Тютчев, А.Ахматова), но в балладном сюжете она впервые воплощена именно Гумилевым.

Авторская трактовка традиционных мотивов, как выяснилось, не всегда выражается в полной переориентации их идейно-эмоциональной сущности. Используя в своих балладных стилизациях романтические мотивы -бегство влюбленных («Любовники»), предпочтение смерти жизни с нелюбимым («Константинополь»), Гумилев лишь придает им иное освещение — не трагическое, а светлое, поэтическое (что было свойственно жанру лирического стихотворения, а не балладе).

Самобытно, на наш взгляд, раскрываются в балладном творчестве Гумилева и традиционные темы судьбы, рока, возмездия. Тема судьбы предстает в балладных произведениях поэта в разных ее аспектах: в размышлениях о быстротечности жизни, в постижении горького смысла человеческого существования, тяжкой власти обстоятельств. Но если в ранних балладных стихотворениях Гумилева его герои, находясь между нравственными полюсами, сами делают свой выбор, совершая порой святотатство («Крест»), то в более поздних произведениях рок изначально довлеет над человеком, полностью подчиняя его своей власти. Тема возмездия, традиционная как для балладного жанра вообще, так и для поэзии «серебряного века» в частности, у Гумилева приобретает наибольший трагизм. Это связано, как нами установлено, с тем, что рок у него слеп, он «мстит случайному врагу», а не только тем, кто заслужил кару небесную («Камень», «Всадник»).

Размышления о власти судьбы, о жизни и смерти естественно вызывают мотив предвидения собственной смерти. Подчеркнем, что в традиционной балладе этот мотив отсутствовал. Смерть для героя Гумилева, по нашим наблюдениям, — это еще одно путешествие в неведомое, в непознанное. Поэтому, не найдя идеала жизненной гармонии в реальном мире, он готов искать свое «Эльдорадо» даже за чертой бытия.

Для баллады традиционно тема Добра и Зла. Носителем зла часто выступал Дьявол. Анализ показал, что у Гумилева, кроме этого традиционного мотива, появляется целый ряд других, не характерных для данного жанра. С Дьяволом связан у поэта мотив познания мира, открытия истины. Гумилев-ский Люцифер, обладая всемирным знанием, делится им с героем отнюдь не в обмен на его душу, однако проявляющаяся при этом слабость человеческой натуры не вызывает у него ничего, кроме презрения.

Согласно художественному принципу романтического двоемирия, у Гумилева наблюдается двоякое отношение к Князю Тьмы. С одной стороны, этот образ у поэта наполнен драматическим содержанием (подобно Демону Лермонтова), с другой, автор постоянно его снижает, иронизирует над ним, чего не было в традиционной балладе, но стало характерным для поэзии «серебряного века» (З.Гиппиус «Дьяволенок», К.Бальмонт «Притча о Черте» и ДР-)

Сама тема Добра и Зла раскрывается у Гумилева как конфликт двух начал: не только в столкновении двух антагонистов, но и внешнего и внутреннего в одном образе. Зло в балладных произведениях поэта всегда облечено в красивые формы, тогда как добро невзрачно на вид. Красота внешняя притягательна, но ее внутренняя суть порочна. Однако разглядеть это порой очень трудно, что приводит к драматическому (трагическому) разрешению конфликта. Для художественного сознания начала XX века характерно противоположение Красоты Истине. Гумилев же в своем балладном творчестве впервые в XX веке уравновесил «эстетическое» и «этическое», вновь утвердив «Красоту в Истине» (102, 28).

Кроме традиционных (но по-своему трактуемых), Гумилев активно вводит в свои балладные стихотворения абсолютно новые темы: тему искусства и шире — творчества, тему Родины, поиска смысла жизни (предвидения своей смерти, о чем мы уже говорили выше). В какой-то степени тематика балладных стихотворений поэта сближается с тематикой его лирики. Нечто подобное происходило, например, и с балладными произведениями А.Ахматовой. То есть речь может идти об определенной тенденции, замеченной нами в тематике балладных произведений «серебряного века».

Тема искусства подтверждает развитие этого процесса. Не являясь традиционной для жанра баллады, она была характерной для других жанров литературы «серебряного века» с его интересом к поэтическому слову, «способному творить ценности» (225, 87), и проблеме творчества вообще. Гумилев же превратил эту тему в балладную. В балладных произведениях он отчетливо выразил свои взгляды на поэзию, которую представлял себе как «производное от магического делания» (34, 11). Не отказываясь от традиционного со- или противопоставления «силы меча» (Ср.: «кинжала» — Лермонтов) «силе поэтического слова», автор переводит конфликт в психологическую плоскость, обращаясь к проблеме духовного «пробуждения» человека. Искусство, по Гумилеву, автономно и нетленно, и тот, кто хочет служить ему во имя высшей истины, должен до конца нести свой крест одиночества. Этот мотив характерен для лирики поэта, но Гумилев сделал его еще и балладным.

Тема Родины, глубоко личная и одновременно общелитературная, не является традиционной для балладного жанра, но характерна для поэзии «серебряного века» в целом. Идеалом Гумилева является Древняя Русь и ее история. Однако поэта волнует будущее Родины. Мысли о связи поколений, о судьбе России пронизывают балладные стихотворения поэта, усиливая в них лирическое начало. Эти мысли, подспудно звучащие, при внимательном анализе текстов оказываются заглавными во всей его лирике.

В более поздних балладных произведениях Гумилева все темы как бы объединены философской темой поиска смысла жизни и своего места в ней. Для автора жизнь — это постоянное движение, вечный поиск гармонии с миром. Отвергая обыденность, герои Гумилева стремятся в дальние страны, в другие эпохи, где они вновь находят поводы для размышлений о законах и противоречиях жизни (Ср. в лирике: «Я снова должен ехать, должен видеть / Моря, и тучи, и чужие лица .» (I, 226)).

Исследовав вслед за тематикой и проблематикой поэтику балладных произведений Н.Гумилева, мы пришли к следующим выводам. Из всего количества балладных стихотворений поэта почти половина имеет традиционные композиционные формы, характерные как для западноевропейской баллады, так и для русской. Это такая композиционная структура, как «повествование от 3-го лица». Значительно чаще встречается форма «повествование от 3-го лица + монолог или диалог персонажей». Монолог при этом может иметь песенный характер. Активно использует Гумилев и такую композиционную форму, как «рассказ-монолог от лица героя (героини)». Тяготение к монологизму, несомненно, обусловлено лиризацией балладных произведений.

Своеобразие балладной композиции проявляется в подробной экспозиции (традиционная баллада обычно начиналась сразу с завязки), в замедлении действия за счет расширенных (часто внутренних) монологов персонажей, авторских лирических отступлений (объясняющих поступки героев, их душевное состояние). Структурным центром композиции, как показал анализ, становится не событие, а смена душевных переживаний героев. Поэтому балладный динамизм создается не за счет действия, а за счет динамики психологического состояния персонажей, что придает балладе не только стройность, но и видимость внутреннего движения.

Для традиционной баллады характерен непредвиденный финал. Гумилев для создания большего эффекта внезапности использует прием сращения кульминации с развязкой, тем самым усиливая драматизм (трагизм) финала. Этому же служит и следующий композиционный прием: в ряде балладных стихотворений Гумилева развязка становится своеобразной завязкой нового, лишь предполагаемого (а не изображенного) конфликта.

Среди нетрадиционных композиционных форм у Гумилева мы выделяем такую новаторскую форму, как «рассказ-«обращение» к предполагаемому собеседнику». Балладные произведения подобной композиционной формы не имеют законченной, целостной системы событий. На первом месте в них поток размышлений, чувств, ассоциаций, воспоминаний героя, что создает своеобразный лирический сюжет. В ряде балладных стихотворений сюжет (как система реально происходящих событий) только подразумевается и служит лишь поводом для авторских рассуждений. В таких произведениях главным является раскрытие внутреннего мира повествователя, что также ведет к лиризации баллады. В силу этого есть все основания говорить не о собственно балладе (лиро-эпическом произведении), а о стихотворениях «условно балладного склада», стихотворениях «балладного тона» и так называемых «освобожденных» балладах.

Анализ поэтики основных балладных образов Н.Гумилева также подтверждает нашу мысль о преобладании лирического начала в его балладных произведениях. Балладные образы традиционны и новы одновременно. Они обобщенны, не имеют пространственно-временных измерений («дева» или «царица») и в то же время художественно конкретны («дева луны» — «нежная дева», «Белая Невеста» — «дева-воин»; «царица беззаконий» — «африканская царица» («жена могучего вождя») — «царица» светлая, «как древняя Лилит»). Развиваясь самостоятельно, они образуют синтетический образ «девы-царицы», в котором сочетаются внешняя красота и внутренняя жестокость и воинственность. Любовь к такой женщине приносит герою лишь боль и страдание, а часто и смерть.

Новизна мужского образа выражается в соединении в нем внешней мужественности, способности спокойно воспринимать любые жизненные перемены с внутренней уязвимостью, легкоранимостью, нежностью.

Образ Дьявола у Гумилева приобретает многофункциональность: Люцифер-бог — обожествление личной воли, дух познания; Люцифер-человек -«старый друг», «верный Дьявол» — рационалист и скептик, разрушающий романтические представления героя о жизни; и Люцифер — существо, отвергнутое всеми и страдающее от одиночества.

Гумилев разрушает в своих балладных произведениях эпическую дистанцию между автором и героем. Его образы реальны и фантастичны одновременно. Фантастичность, или экзотичность, — это только внешняя сторона, поэтический же эффект реальности этих образов создается их прозрачностью, сквозь которую можно увидеть душу самого автора: «Чем ближе автор «миру» баллады, тем она лиричнее» (88, 11).

Иную трактовку получают у Гумилева традиционные мифопоэтиче-ские символы. Так, например, перстень традиционно понимался как символ любви. У Гумилева же он, с одной стороны, заключает в себе идею «избранничества» героя, с другой — является обозначением «проданной» любви.

В стилевом отношении, как мы показали, балладным стихотворениям поэта свойственна ироничность, вплоть до пародийности. Автор иронически «обыгрывает» некоторые традиционные балладные мотивы; создает иронически сниженные образы; вносит иронический оттенок в язык и стиль балладных произведений. Таким образом, лиризм приобретает более широкий спектр переживаний.

В своем балладном творчестве Н.Гумилев использует и принципы поэтики фольклора, что способствует созданию своеобразного, правда, только намеченного, национального колорита в его стихотворениях. Чаще поэт соединяет в своих произведениях фольклорные и книжные черты, что дает простор для воображения читателя и возможность воспринимать произведение многомерно. Так, используя фольклорные мотивы и образы, Гумилев не только дает представление о национальном колорите определенных образов, но и переводит содержание своих баллад в философский план, пытаясь в прошлом найти ответы на вопросы современности. Философский подтекст и философские сентенции также усиливают лирическое начало в его балладных произведениях.

Ранние произведения Н.Гумилева (к их числу относятся почти все балладные стихотворения поэта) написаны в символистском ключе. Ориентация на поэтический стиль символистов проявляется в общей словесной изощренности гумилевских баллад. Но сами приемы создания этой изощренности у поэта своеобразны. Приподнятость стиля нередко создается в литературе за счет архаизмов и славянизмов. Но новаторство Гумилева выражается в том, что он часто применяет эти языковые средства к таким персонажам или предметам, к которым их, казалось бы, трудно отнести. Это обогащает балладные произведения поэта дополнительными эмоциональными оттенками.

Гумилев активно употребляет перифразы, метафоры, сравнения, которые, с одной стороны, способствуют созданию поэтической образности, а с другой — привносят трагизм в балладную атмосферу произведений поэта. В качестве эпитетов часто используются сложные прилагательные. Такие эпитеты одновременно изобразительны и оценочны («нетерпеливо-жадный волк», «ненужно-скучная любовница»). Употребление оксюморонов способствует передаче сложных, подчас трудно определимых психологических ощущений и состояний лирического «я» поэта. Таким образом, тропы, насыщающие балладные тексты Гумилева, также служат усилению лирического начала.

Своеобразен и синтаксис баллад Н.Гумилева. В нем преобладает простое, ясное по структуре предложение. Из сложных синтаксических конструкций Гумилев отдает ощутимое предпочтение сложному бессоюзному предложению и сложносочиненному. Все это способствует преобладанию своеобразных (часто однотипных) интонаций, которые в силу их повторяемости создают определенное настроение, а значит, способствуют лиризации балладных произведений поэта.

В поздних балладных стихотворениях Н.Гумилева синтаксис разнообразнее. Наряду с простыми поэт часто использует сложные синтаксические конструкции. Сложным строением фраз он как бы отказывается от «внутающего», настойчивого воздействия слова. Но лиризм и теперь не уходит из художественной речи его балладных произведений. Стихотворения насыщаются обращениями, восклицаниями. Поэт активно использует риторические вопросы и «оборванные» предложения. Гумилевские тексты обогащаются разнообразными типами повторений, что также способствует их лири-зации, созданию определенного настроения. Усилению эмоциональности, напряженности поэтической речи служит у поэта и синтаксический параллелизм. Таким образом, синтаксис балладных произведений Гумилева также работает на лиризацию текста.

Итак, мы пришли к обобщающему выводу о том, что своеобразие балладных стихотворений Н.Гумилева обусловлено нарастанием в них лиризма, что последовательно прослеживается на всех уровнях балладных произведений — как содержательном, так и формальном.

Произведения Н.Гумилева, как показало изучение балладного контекста «серебряного века», развивались в русле общих тенденций, происходящих в истории жанра баллады. Среди них следует отметить тяготение баллад «серебряного века» не только к новым трактовкам традиционных балладных тем, но и освоение тем, свойственных лирике; создание национального колорита не столько за счет фольклорных, сколько древнерусских реалий; усиление в балладных произведениях философичности. Несомненно и то, что балладные произведения «серебряного века» включают в свой художественный мир ироничность и стилизационное начало. В области поэтики нельзя не отметить сокращение повествовательности, что сказывается в стремлении сюжета к «мигу», к «точечной» фабуле и т. п. Драматизм баллады создается, как правило, не сюжетными средствами, а сгущением переживаний. Наиболее ярко и наглядно эти процессы проявили себя в балладных произведениях Н.Гумилева, представленных в литературе «серебряного века» наиболее многочисленной (по сравнению с другими авторами) группой произведений.

Вместе с тем следует согласиться с мнением С.Л.Страшнова, считаю

161 щего, что «дозировка лирических и эпических начал в балладе постоянно колеблется» (256, 16). В то же время подчеркнем, что это справедливо не только для отдельных балладных произведений, но и для определенных эпох литературы. Пройдя, условно говоря, «лирический» этап «серебряного века» (то есть преобладание лиризма в лиро-эпической структуре), балладные произведения обретут ярко выраженное эпическое начало в последующие эпохи (балладная поэзия Великой Отечественной войны). Однако этот период жизни баллады находится за пределами нашего исследования.

Список научной литературы Бобрицких, Людмила Яковлевна, диссертация по теме «Русская литература»

1. Аверинцев С.С. Поэты. М., 1996.

2. Акаткин В. Река времен: О поэтах и поэзии. Воронеж, 1998.

3. Аллен JI. «Заблудившийся трамвай» Н.С. Гумилева (Комментарий к строфам) // Dis. slavicae, Szeged. 1988. — № 19.

4. Айхенвальд Ю.И. Гумилев // Айхенвальд Ю.И. Силуэты русских писателей. М., 1994.

5. Анненков Ю.П. Николай Гумилев // Анненков Ю.П. Дневник моих встреч. Цикл трагедий. В 2-х т.- М., 1991. Т. 1.

6. Анненский И.Ф. О романтических цветах // Н.С.Гумилев: Pro et contra / Сост., вступ. ст. и прим. Ю.Зобнина. СПб., 1995.

7. Аннинский JI.A. Серебро и чернь: русское, советское, славянское, всемирное в поэзии Серебряного века. М., 1997.

8. Антология акмеизма. Стихи. Манифесты. Статьи. Заметки. Мемуары. -М., 1997.

9. Ю.Аринштейн JI.M. Предисловие // Английская и шотландская баллада. М., 1988.

10. П.Афанасьев А.Н. Поэтические воззрения славян на природу: В 3-х т.- Репринт издания 1868 года. М., 1994. — Т. 2.

11. Ахматова А. «Самый непрочитанный поэт» // Новый мир. 1990. — № 5.

12. З.Ахматова А. Сочинения: В 2-х т. / Вступ. ст. М.Дудина; Сост., подгот. текста и коммент. В.Черных.-М., 1986. -Т. 1. Стихотворения и поэмы.

13. Ахматова А. Сочинения: В 2-х т. / Сост., подгот. текста и примеч. М.Кралина; Вступ. ст. Н.Скатова. М., 1990. — Т. 1. Стихотворения и поэмы.

14. А.Ахматова, Н.Гумилев и русская поэзия начала XX века: Сб. науч. тр. / Ахматов. чтения. Тверь, 1995.

15. Бавин С., Семибратова И. Судьбы поэтов «серебряного века». М., 1993.

16. Баевский B.C. «У каждого метра есть своя душа» (Метрика Н.Гумилева) // Н.Гумилев и русский Парнас. Материалы научной конференции 17-19 сентября 1991 г.-СПб., 1992.

17. Баевский B.C. История русской поэзии: 1730 1980 гг. Компендиум. -Смоленск, 1994.

18. Баевский B.C. Николай Гумилев мастер стиха И Николай Гумилев. Исследования и материалы. Библиография. — СПб., 1994.

19. Баженов А. «Там флейты Фебовой серебряные звуки, там и проклятых сребреников звон .». «Серебряный век» как отражение революции. Москва. — 2001.-№1.

20. Балади. Родинно-побутов1 стосунки. -Кшв, 1988.

21. Балашов Д.М. История развития жанра русской баллады. Петрозаводск, 1966.

22. Балашов Д.М. Русская народная баллада/УНародные баллады.-М.;Л., 1963.

23. Бальмонт К. Избранное: Стихотворения. Переводы. Статьи / Сост., вступ. ст. и коммент. Д.Г.Макагоненко. М., 1990.

24. Баран X. Поэтика русской литературы начала XX века. М., 1993.

25. БартР. Избранные работы. Семиотика. Поэтика. М., 1994.

26. Баскер М. К разбору рассказов Н.С.Гумилева «Принцесса Зара» и «Дочери Каина» // Гумилевские чтения. Материалы международной конференции филологов-славистов. СПб., 1996.

27. Бахтин М.М. Проблемы поэтики Достоевского. -М., 1972.

28. Бахтин М.М. Эстетика словесного творчества. М., 1979.

29. Белинский В.Г. Собр. соч.: В 9-ти т.- М., 1978. Т. 3.

30. Берне Р. Избранное / Предисл. Б.Колесникова. М., 1982.32.Библия. М., 1996.

31. Блок А. Собр. соч.: В 6-ти т. Л., 1982. — Т.4.

32. Богомолов H.A. Читатель книг // Гумилев Н.С. Сочинения: В 3-х т.- М.,1991.-Т. 1.

33. Богомолов H.A. Оккультные мотивы в творчестве Гумилева // De visu.1992.-3 0.

34. Богомолов H.A. Русская литература первой трети XX в.: Портреты. Проблемы. Разыскания. Томск, 1999.

35. Бодрова Н. «Еще не раз вы вспомните меня И весь мой мир, волнующий и странный.» Самара, 1998.

36. Ботезау Э. Жанровое своеобразие балладной поэмы // Фольклор как искусство слова. М., 1980. — Вып. 4.

37. Бронгулеев В.В. Посредине странствия земного: Док. повесть о жизни и творчестве Н.Гумилева. М., 1995.

38. Брюсов В. Избр. соч.: В 2-х т./Вступ. ст. А.С.Мясникова. -М., 1955. Т. 1. Стихотворения. Поэмы.

39. Брюсов В. Собр. соч.: В 7-ми т. / Под общ. ред. П.Г.Антокольского. М., 1973. — Т. 1. Стихотворения. Поэмы. 1892 — 1909.

40. Вагин Е. Поэтическая судьба и миропереживание Н.Гумилева // Беседа. -Париж, 1986.-№4.

41. Вакуленко А.Г. Эволюция «страшной» баллады в творчестве русских поэтов-романтиков XIX начала XX веков: (От В.А.Жуковского до Н.С.Гумилева): Дис. канд. филол. наук. -М., 1996.

42. Вейдле В. Статьи о русской поэзии и культуре. Петербургская поэтика // Вопросы литературы. 1990. — № 7.

43. Верховский Ю.Н. Путь поэта // Н.С.Гумилев: Pro et contra. СПб., 1995.

44. Веселовский А.Н. Избранные статьи. Л., 1939.

45. Веселовский А.Н. Историческая поэтика. -М., 1989.

46. Виноградов В.В. Избранные труды. Поэтика русской литературы. М., 1976.

47. Винокурова И. Жестокая, милая жизнь // Новый мир. 1990. — № 5.

48. Владимиров О. Баллада в поэзии И.А.Бунина // Проблемы литературных жанров. Материалы VII научн. межвузовской конф. Томск, 1992.

49. Власенко T.JI. Типология сюжетов русской романтической баллады // Проблемы типологии литературного процесса. Пермь, 1982.

50. Воспоминания о серебряном веке / Сост. В.Крейд.-М., 1993.

51. Гаспаров M.J1. Очерк истории русского стиха. Метрика. Ритмика. Рифма. Строфика.-М., 1984.

52. Гаспаров M.JI. Баллада//Литературный энциклопедический словарь. М., 1987.

53. Гаспаров М.Л. Избранные труды.-М., 1997.-Т. 1. О поэтах; Т. 2. О стихах.

54. Гаспаров М.Л. Очерк истории русского стиха: Учебное пособие.-М., 2000.

55. Гегель Г.В.Ф. Лекции по эстетике: В 2-х т. СПб., 1999. — Т. 2.

56. Гинзбург Л.Я. О лирике. М.; Л. — 1974.

57. Гинзбург Л.Я. О литературном герое. Л., 1979.

58. Гиппиус 3. Живые лица. Стихи. Дневники / Сост., предисл. и коммент. Е.Я.Курганова. Тбилиси, 1991. — Кн. 1.

59. Гиршман М.М. Литературное произведение: Теория и практика анализа. -М., 1991.

60. Гольцев В. Трудная судьба поэта: Штрихи к творч. портрету Н.С.Гумилева // Простор. 1987. — № 10.

61. Григорьева А.Д., Иванова Н.Н. Язык лирики XIX в.: Пушкин. Некрасов. -М., 1981.

62. Григорьева А.Д., Иванова Н.Н. Язык поэзии XIX XX вв.: Фет. Современная лирика. — М., 1985.

63. Гринберг И.Л. Три грани лирики: Современная баллада, ода и элегия. -2-е изд. -М., 1985.

64. Грякалова Н.Ю. Н.С.Гумилев и проблемы эстетического самоопределения акмеизма // Николай Гумилев. Исследования и материалы. Библиография.1. СПб., 1994.

65. Гугнин A.A. Немецкая народная баллада: Эскиз ее истории и поэтики // Немецкие народные баллады. М., 1983.

66. Гугнин A.A. Постоянство и изменчивость жанра // Эолова арфа: Антология баллады / Сост., предисл., коммент. А.Гугнина. -М., 1989.

67. Гуковский Г.А. Пушкин и русские романтики. М., 1965.

68. Гуляев H.A. Теория литературы. М., 1977.

69. Гумилевские чтения. Wien, 1984.

70. Давидсон Ап. Муза странствий Николая Гумилева // Азия и Африка сегодня. 1988. -№№ 2 — 3.

71. Дмитриев A.C. Генрих Гейне. М., 1957.

72. Долгополов JI.K. На рубеже веков: О русской литературе конца XIX начала XX века. — Л., 1985.

73. Древние российские стихотворения, собранные Киршею Даниловым. -М.; Л., 1958.

74. Дудин М. Охотник за песнями мужества //Аврора.-1987.-№ 2.

75. Дунаев М.М. Православие и русская литература. В 6-ти ч.-М., 1999 Ч. V.

76. Душина Л.Н. Поэтика русской баллады в период становления жанра: Ав-тореф. дис. . канд. филол. наук. Л., 1975.

77. Душина Л.Н. Роль «чудесного» в поэтике первых русских баллад // Проблемы идейно-эстетического анализа художественной литературы в вузовских курсах. М., 1972.

78. Евдокимова И. К.Бальмонт и Н. Гумилев (К вопросу о преемственности // Филологические штудии: Сб. тр. Иваново, 1998. — Вып. 2.

79. Евтушенко Е. Возвращение поэзии Гумилева//Лит. газета 1986. — 14 мая.

80. Елина Н.Г. Развитие англо-шотландской баллады // Английские и шотландские баллады в переводах С.Маршака. М., 1973.

81. Елоева Л.Т. Метафора в творчестве Н. Гумилева: Автореф. дис. . канд. филол. наук. М., 1999.

82. Енишерлов В. Жизнь и стихи Николая Гумилева // Гумилев Н. Стихи. Поэмы. Тбилиси, 1988.

83. Ермилова Е.В. Теория и образный мир русского символизма. М., 1989.

84. Ермоленко С.И. Баллада М.Ю.Лермонтова в истории русского балладного жанра: Дис. канд. филол. наук. Свердловск, 1983.

85. Ермоленко С.И. Жанровая система поздней баллады М.Ю.Лермонтова // Проблемы литературных жанров. Материалы V научной межвузовской конференции. 15-18 октября 1985 г. Томск, 1987.

86. Жанровые формы в русской литературе конца XIX начала XX веков: Межвуз. сб. науч. тр. — Куйбышев, 1985.91 .Жигач Л. А. Блок и русская культура: Преемственность в становлении национально-поэтического сознания. Тверь, 1993.

87. Жизнь Николая Гумилева (Воспоминания современников). -Л., 1991.

88. Жирмунский В.М. Преодолевшие символизм//Русская мыс л ь1916 .-№ 12.

89. Жирмунский В.М. Английская народная баллада // Английские и шотландские баллады в переводах С.Маршака. М., 1973.

90. Жирмунский В.М. Теория стиха. Л., 1975.

91. Жирмунский В.М. Теория литературы. Поэтика. Стилистика-Л., 1977.

92. Жуковский В.А. Баллады. Поэмы и сказки/Предисл. К.Пигарева.-М.,1982.

93. Журавлева А.И. Влияние баллады на позднюю лирику М.Лермонтова // Вестник Московского ун-та. Серия «Филология». 1981. -№ 1. 99.3лочевская А. Почему «Песнь»? // Лит. учеба. — 1985. — № 5.

94. Зобнин Ю.В. «Заблудившийся трамвай» Н.С.Гумилева // Рус. литература. 1993.-№ 4.

95. Зобнин Ю.В. Стихи Гумилева, посвященные мировой войне 1914-1918 годов (военный цикл) // Николай Гумилев. Исследования и материалы. Библиография. СПб., 1994.

96. Зобнин Ю.В. Странник духа (о судьбе и творчестве Н.С.Гумилева) // Н.С.Гумилев: pro et contra / Сост., вступ. ст. и прим. Ю.Зобнина СПб., 1995.

97. Зобнин Ю.В. Воля к балладе (Лиро-эпос в акмеистической эстетикеГу-милева) // Гумилевские чтения. Материалы международной конференции филологов-славистов / Сост. Триодин В., Зобнин Ю. -СПб., 1996.

98. Золотницкий Д.И. Театр поэта // Гумилев Н.С. Драматические произведения. Переводы. Статьи. Л., 1990.

99. Иванов Вяч.Вс. Звездная вспышка: ( Поэтический мир Н.Гумилева) // Гумилев Н. Стихи. Письма о русской поэзии. М., 1989.

100. Ивлева И. Мотив «прапамяти» в поэзии Н. Гумилева // Philologia: Рижский филол. сб. Рига, 1994. — Вып. 1.

101. Иезуитова Р.В. Из истории русской баллады 1790-х первой половины 1820-х годов (Жуковский и Пушкин): Автореф. дис. . канд. филол. наук. -Л., 1966.

102. Иезуитова Р.В. Баллада в эпоху романтизма // Русский романтизм. Л., 1978.

103. Ильинский О. Основные принципы поэзии Гумилева: К столетию со дня рождения // Записки рус. акад. группы в США. Н.-И., 1986. — Т. 19.

104. История зарубежной литературы XVIII в. / Под ред. З.И.Плавскина. -М., 1991.

105. История русской литературы: XX век. Серебряный век / Под. ред. Жоржа Нива, Ильи Сермана, Витторио Страды и Ефима Эткинда. М., 1995.

106. Ичин К. Межтекстовой синтез в «Заблудившемся трамвае» Гумилева // Н.Гумилев и русский Парнас: Сб. ст. СПб., 1992.

107. Йованович М. Николай Гумилев и масонское учение // Н.Гумилев и русский Парнас. Материалы научной конференции 17-19 сентября 1991г.1. СПб., 1992.

108. Калачева C.B. Эволюция русского стиха: Автореф. дис. . докт. филол. наук. М., 1979.

109. Калинский И.Н. Церковно-народный Месяцеслов на Руси. М., 1990.

110. Кармалова Е.Ю. Неоромантические тенденции в лирике Н.С.Гумилева 1900 1910 годов: Автореф. дис. . канд. филол. наук. — Омск, 1999.

111. Карпов В. Поэт Николай Гумилев // Огонек. 1986. — № 36.

112. Карпов В. Н.С.Гумилев//Гумилев Н. Стихотворения и поэмы JL, 1988.

113. Квятковский А. Поэтический словарь. М., 1965.

114. Кикнадзе В. Кавказ, вдохновитель муз . : (К биографии Н.Гумилева) // Лит. Грузия. 1989. — № 3.

115. Клинг O.A. Русская поэзия начала XX века в оценке Гумилева критика // Фил. науки. — 1988. -№ 4.

116. Кожинов В.В. Книга о русской лирической поэзии XIX века: Развитие стиля и жанра. М., 1978.

117. Колобаева Л. А. Русский символизм. М., 2000.

118. Копылова Н.И. Фольклоризм поэтики баллады и поэмы русской романтической литературы первой трети XIX века: Дис. канд. филол. наук. Воронеж, 1975.

119. Копылова Н.И. Фольклоризм композиции русской литературной баллады первой трети XIX века // Литература и фольклор. Воронеж, 1976.

120. Копылова Н.И. Пародирование романтической баллады и фольклор // Поэтика литературы и фольклора. Воронеж, 1979.

121. Корман Б.О. Изучение текста художественного произведения.-М.,1972.

122. Корман Б.О. Размышления над «поэтикой композиции» // Жанр и композиция литературного произведения. Калининград, 1974. — № 1.

123. Корман Б.О. Лирика Некрасова. Ижевск, 1978.

124. Коровин В.И. Лирические и лиро-эпические жанры в художественной системе русского романтизма: Автореф. дис. . докт. филол. наук. М.,1982.

125. Коровин В.И. Русская баллада и ее судьба // Воздушный корабль. Русская литературная баллада. М., 1984.

126. Краткая литературная энциклопедия. М., 1975. — Т. 1.

127. Кроль Ю.Л. Об одном необычном трамвайном маршруте: «Заблудившийся трамвай» Н.С.Гумилева // Рус. литература. 1990. — № 1.

128. Кулагина A.B. Русская народная баллада. М., 1977.

129. Лавренев Б. Поэт цветущего бытия: О Н.С.Гумилеве // Звезда Востока. 1988. -№ 3.

130. Лавров A.B., Тименчик Р.Д. Не покоряясь магии имен: Н.Гумилев -критик. Новые страницы // Лит. обоз. 1987. — № 7.

131. Левченко O.A. Жанр русской романтической баллады 1820 1830-х гг.: Автореф. дис. . канд. филол. наук. — Тарту, 1990.

132. Лейдерман Н.Л. К определению сущности категории жанра // Жанр и композиция литературного произведения. -Калиниград, 1976. -№3.

133. Лейдерман Н.Л. «Поэтика» Аристотеля и некоторые вопросы теории жанра//Проблемы жанра в зарубежной литературе. -Свердловск, 1976.- Вып.1

134. Лекманов О. Николай Гумилев и акмеистическая ирония // Рус. речь. -1997.-№2.

135. Лермонтов М.Ю. Сочинения.: В 2-х т. / Сост. и коммент. И.С.Чистовой; Вступ. ст. И.Л.Андроникова. М., 1988. — Т. 1.

136. Литературно-эстетические концепции в России конца XIX начала XX века / Отв. ред. Б.А.Бялик. — М., 1975.

137. Литературный энциклопедический словарь / Под общей ред. О.Кожевникова и П.Николаева. М., 1987.

138. Лобкова H.A. Эпическое и лирическое в русской балладе 1840 1860-х годов // ЛГПИ им. А.И.Герцена. XX Герцен, чтения. Филол. науки. — Л., 1967.

139. Лобкова H.A. Русская баллада 40-х годов XIX в. // Проблемы жанра в истории русской литературы. Л., 1969.

140. Лобкова H.A. Баллады А.К.Толстого: Автореф. дис. . канд. филол. наук. Л., 1970.

141. Лобкова H.A. О сюжете и ритме русской литературной баллады 1840 -1870-х годов // Проблемы литературных жанров. Материалы научной межвузовской конференции, посвящ. 50-летию образов. СССР, 23 -26 мая 1972 г. -Томск, 1972.

142. Лозовой Б.А. Из истории русской баллады: Автореф. дис. . канд. фи-лол. наук. М., 1970.

143. Лотман Ю.М. Структура художественного текста. М., 1970.

144. Лотман Ю.М. Беседы о русской культуре. СПб., 1994.

145. Лотман Ю.М. О поэтах и поэзии. СПб., 1996.

146. Лукницкая В.К. Николай Гумилев: Жизнь поэта по материалам домашнего архива семьи Лукницких. Л., 1990.

147. Лупанова И.П. Русская народная сказка в творчестве писателей первой половины XIX века. Петрозаводск, 1959.

148. Лущик Н.В. Эволюция лирического мира Н.Гумилева (1914-1921 гг.): Автореф. дис. . канд. филол. наук. -М., 1994.

149. Маковский С.К. На Парнасе «Серебряного века». М., 2000.

150. Максим Горький в воспоминаниях современников. В 2-х т.- М., 1981. -Т. 1.

151. Мандельштам А.И. Серебряный век: Русские судьбы.-СПб., 1996.

152. Манн Ю.В. Поэтика русского романтизма. M., 1976.

153. Манн Ю.В. Динамика русского романтизма. М., 1995.

154. Мартынова Н.Г. Творчество Зинаиды Гиппиус: поэтика лирических жанров: Автореф. дис. . канд. филол. наук. Волгоград, 2000.

155. Матвеева Л. За тенью Гумилева: Советская баллада и акмеизм // Литература. 2001. — № 37 (1 — 7 октября).

156. Мелетинский Е.М. Поэтика мифа. М., 1976.

157. Мелешко Т.А. Художественная концепция игры в поэзии Н.Гумилева («Романтические цветы», «Жемчуга», «Чужое небо», «Колчан»): Автореф.дис. . канд. филол. наук. Вологда, 1998.

158. Мерилай С. Вопросы теории литературы. Балладность // Ученые записки Тартуского ун-та. 1990. — Вып. 879.

159. Микешин A.M. О жанровой структуре русской баллады // Проблемы литературных жанров. Материалы научной межвузовской конференции, по-свящ. 50-летию образов. СССР. 23-26 мая 1972 г. Томск, 1972.

160. Микешин A.M. К вопросу о жанровой структуре русской романтической баллады // Из истории русской и зарубежной литературы XIX XX вв. -Кемерово, 1973.

161. Мифы народов мира. Энциклопедия: В 2-х т.-Т. 1 -М., 1987.; Т.2.-1988.

162. Михайлов А.И. Николай Гумилев и Николай Клюев // Николай Гумилев. Исследования и материалы. Библиография. СПб., 1994.

163. Морозов A.A. Русская стихотворная пародия // Русская стихотворная пародия (XYIII начало XX в.). — Л., 1960.

164. Мочульский К. Эссе о русских поэтах. Классицизм в современной русской поэзии //Лепта.-1994.-№ 20. Поэтика Гумилева.

165. Мстиславская Е. Последний сборник Н.С.Гумилева «Огненный столп» (к проблеме содержательной целостности)//Гумилевские чтения СПб., 1996.

166. Мусатов В.В. Пушкинская традиция в русской поэзии первой половины XX века: От Анненского до Пастернака. М., 1992.

167. Мухина З.И. Русская литературная баллада 1830-х—1850-х годов: История и поэтика жанра: Автореф. дис. . канд. филол. наук.-Самара, 2000.

168. Мущенко Е.Г. Функции стилизации в русской литературе XIX начала XX века // Филологические записки. — 1996. — Вып. 6.

169. Мущенко Е.Г. «Я-угрюмый и упрямый зодчий храма.» Н.С.Гумилев// Русская литература. Писатели XX века.-Вып. 2. Воронеж, 1996.

170. Н.Гумилев и русский Парнас: Материалы науч. конф., 17-19 сент. 1991 г. / Сост. И.Кравцовой, М.Эльзона. СПб., 1992.

171. Немецкие народные баллады. М., 1983.

172. Немзер А. «Сии чудные виденья .»: Время и баллады В.А.Жуковского // Свой подвиг свершив . М., 1987.

173. Никитина Е. Русская поэзия на рубеже двух эпох.- Саратов, 1970.-Ч. 1.

174. Николай Гумилев в воспоминаниях современников / Ред.-сост., авт. предисл. и коммент. В.Крейд. М., 1990.

175. Николай Гумилев: Исследования и материалы. Библиография / Сост. М.Эльзон, Н.Грознова. СПб., 1994.

176. Новиков В.И. Книга о пародии. -М., 1989.

177. Н.С.Гумилев: pro et contra. Личность и творчество Николая Гумилева в оценке русских мыслителей и исследователей: Антология / Подгот. Ю.Зобнин. СПб., 1995.

178. Орлов Вл.Н. Перепутья: Из истории русской поэзии начала XX века. -М., 1974.

179. Оцуп Н. Николай Степанович Гумилев // Николай Гумилев в воспоминаниях современников. М., 1990.

180. Оцуп Н. Николай Гумилев. Жизнь и творчество. СПб., 1995.

181. Павловский А.И. Николай Гумилев: К 100-летию со дня рождения русского поэта Н Вопросы литературы. 1986. — № 10.

182. Павловский А.И. Николай Гумилев // Гумилев Н. Стихотворения и поэмы.-Л., 1988.

183. Павловский А.И. О творчестве Николая Гумилева и проблемах его изучения // Николай Гумилев. Исследования и материалы. Библиография. -СПб., 1994.

184. Панкеев И.А. «Высокое косноязычье .» Николай Гумилев: судьба, биография, творчество // Литература в школе. 1990. — № 5.

185. Панкеев И.А. Посредине странствия земного II Гумилев Н.С. Избранное.-М., 1990.

186. Панкеев И.А. Николай Гумилев. М., 1995.

187. Панкратова О.В. Эволюция образов-символов в поэтическом наследии

188. Н.С.Гумилева: Автореф. дис. . канд. филол. наук. М., 1997.

189. Паперно И.А. Пушкин в жизни человека Серебряного века // Cultural Mythologies of Russian Modernism from Golden Age to the Silver Age. Berkeley — Los Angeles — Oxford, 1992.

190. Парин A.B. О народных балладах // Чудесный рог: Народные баллады. -М., 1985.

191. Пастернак Б. Стихотворения и поэмы // Сост. Е.Пастернака; Послесл. Н.Банникова. -М., 1990.

192. Пинаев С.М. «Древних ратей воин отсталый .» (Жизненный путь и художественный мир Н.Гумилева)//«Закрыт нам путь проверенных орбит .» М.Волошин, Н.Гумилев, О.Мандельштам. Возвращение поэзии. М., 1990.

193. Плетнев Р. Н.С.Гумилев (1886 1921): С открытым забралом // Записки рус. акад. группы в США. — Нью-Йорк, 1972. — Т. 6.

194. Повесть временных лет. Петрозаводск, 1991.

195. Подковальникова А. Литературно-эстетические взгляды Н.С.Гумилева: Автореф. дис. . канд. филол. наук. Краснодар, 2001.

196. Полушин В. Поэт дальних странствий: Докум. повествование о жизни и творчестве Н.С.Гумилева // Кодры. 1988. — № 6.

197. Полушин В. Проза Николая Гумилева//Кодры.-1989.-№ 4.

198. Полушин В. Волшебная скрипка поэта // Гумилев Н.С. Золотое сердце Росии. Кишинев, 1990.

199. Полушин В. Слово о прозе поэта // Гумилев Н.С. Тень от пальмы. Тирасполь, 1990.

200. Полушин В. Рыцарь русского Ренессанса: Размышления о жизни и творчестве // Гумилев Н. В огненном столпе. М., 1991.

201. Полякова Л.В. Пути развития теории жанра в работах последних лет // Русская литература. 1985. — №1.

202. Полякова C.B. Источник одного образа из «Заблудившегося трамвая» Гумилева // Н.Гумилев и русский Парнас: Сб. ст. СПб., 1992.

203. Поспелов Г.Н. Теория литературы. М., 1978.

204. Потебня A.A. Теоретическая поэтика. М., 1990.

205. Поэзия английского романтизма: Сборник / Вступ. ст. Д.Урнова. -Т. 125. Серия вторая. Литература XIX в. М., 1975.

206. Поэтический строй русской лирики: Сб. статей. Л., 1973.

207. Проблемы художественного метода и жанра: Сб. науч. тр. / XXXI Герцен. чтения. Л., 1978.

208. Пушкин A.C. Сочинения: В 3-х т.- М., 1985. Т. 1. Стихотворения; Сказки; Руслан и Людмила: Поэма.

209. Пушкин A.C. Сочинения: В 3-х т.- М., 1987. Т. 3. Проза.

210. РазмахнинаВ. Серебряный век. Очерки к изучению.-Красноярск, 1993.

211. Руднев В.П. Словарь культуры XX века: Ключевые понятия и тексты. -М., 1999.

212. Русская литература XX века: Учебное пособие. Воронеж, 1999.

213. Русская народная поэзия. Эпическая поэзия. Сборник / Вступ. ст., пре-дисл. к разделам, подг. текста, коммент. Б.Путилова. Л., 1984.

214. Русская поэзия серебряного века. 1890 1917: Антология. — М., 1993.

215. Русские народные сказки. Саратов, 1992.

216. Русские писатели. Биобиблиографический словарь. В 2-х ч. / Ред., сост. П.Николаев. М., 1990. — Ч. 1. А — Л.

217. Русский романтизм / Под. ред. Н.А.Гуляева. М., 1974.

218. Русский эрос, или Философия любви в России / Сост. и авт. вступ. ст. В.П.Шестаков; Коммент. А.Н.Богословского. -М., 1991.

219. Русское народное творчество / Сост. Ю.Г.Круглов СПб.,1993.

220. Сарычев В.А. Эстетика русского модернизма. Воронеж, 1991.

221. Северянин И. Лирика. Минск, 1999.

222. Серебряный век: Мемуары: Сборник / Отв. ред. Д.Урнов. М., 1990.

223. Серебряный век русской поэзии / Сост., вступ. ст., примеч. Н.В.Банникова. -М., 1993.

224. Сильман Т.И. От баллады к лирическому стихотворению // Сильман Т. Заметки о лирике. -Л., 1977.

225. Сказки народов мира / Сост. Т.Ведехина. Воронеж, 1992. — Т. 1. Русские народные сказки.

226. Скатов H.H. О Николае Гумилеве и его поэзии//Лит. учеба 1988.—№ 4.

227. Скатов H.H. «Мечту свою создам .»: Поэзия Николая Гумилева // Русская литература. Справочные материалы. — М., 1989.

228. Сковорода Е.В. Балладный «элемент» в структуре русской романтической повести первой трети XIX века: Автореф. дис. . канд. филол. наук. -Псков, 2001.

229. Сливкин Е. Конечная остановка машины смерти: Возможный историко-литературный подтекст стихотворения Н.Гумилева «Заблудившийся трамвай» опыт логического прочтения // Лит. обоз. — 1999. -№ 4.

230. Слободнюк С.Л. Поэтика символистов в произведениях Н.Гумилева // Проблемы развития русской литературы XI XX веков: Тезисы науч. конф. молодых ученых и специалистов. 18-19 апреля 1990 г. — Л., 1990.

231. Слободнюк С.Л. Проблемы мировоззрения и поэтики Н.С.Гумилева: Автореф. дис. . канд. филол. наук. СПб., 1992.

232. Слободнюк С.Л. Проблемы мировоззрения и поэтики Н.С.Гумилева. -Душамбе, 1992.

233. Слободнюк С.Л. Николай Гумилев: Модель мира (К вопросу о поэтике образа) // Николай Гумилев: Исследования и материалы. Библиография / Сост. М.Эльзон, Н.Грознова. СПб., 1994.

234. Слободнюк С.Л. Русская литература начала XX века и традиции древнего гностицизма. СПб.; Магнитогорск, 1994.

235. Слободнюк С.Л. Элементы восточной духовности в поэзии Н.С.Гумилева // Николай Гумилев. Исследования и материалы. Библиография. СПб., 1994.

236. Слободнюк С.Л. «Идущие путями зла .» (древний гностицизм и русекая литература 1890 1930 гг.). — СПб., 1998.

237. Словарь литературоведческих терминов / Под. ред. Л.Тимофеева и С.Тураева. М., 1974.

238. Смирнова Л.А. «. Припомнить всю жестокую, милую жизнь .» // Гумилев Н. Избранное. М., 1989.

239. Смирнова Л.А. Русская литература конца XIX-нач. XX века М., 1993.

240. Соколов А.Г. История русской литературы конца XIX начала XX века. -М., 1984.

241. Соловьев В. Стихотворения и шуточные пьесы / Вступ. ст., сост. и прим. З.Г. Минц. Л., 1974.

242. Соловьев B.C. Смысл любви: Избранные произведения. М., 1991.

243. Сологуб Ф. Стихотворения / Вступ. ст., сост., подгот. текста и примеч. М.И.Дикман. СПб., 2000.

244. Спиваковский П. «Индия духа» и Машенька: «Заблудившийся трамвай» Н.С.Гумилева как символистско-акмеистическое видение // Вопросы литературы. 1997. — № 5.

245. Станиславская С. Стилистический контраст как проявление идиостиля поэта (на материале поэзии А.Ахматовой и Н.Гумилева // Филологические этюды: Сб. ст. Саратов, 1998.

246. Стеблин-Каменский М.И. Баллада в Скандинавии // Скандинавская баллада. Л., 1978.

247. Стенник Ю.В. Системы жанров в историко-литературном процессе // Историко-литературный процесс. Проблемы и методы изучения. Л., 1974.

248. Степанов Ю.С. Константы. Словарь русской культуры: Опыт исследования. -М., 1997.

249. Страшнов С.Л. Анализ поэтического произведения в жанровом аспекте. -Иваново, 1983.

250. Страшнов С.Л. Н.А.Некрасов в истории баллады // Некрасовские традиции в истории русской и советской литературы.-Ярославль, 1985.

251. Страшнов С.JI. «Молодеет и лад баллад.»: Литературно-критические статьи. -М., 1990.

252. Тагер Е.Б. Избранные работы о литературе. М., 1988.

253. Тарановский К. О поэзии и поэтике/Сост. М.Л.Гаспаров.-М.,2000.

254. Тарланов Е. Жанр баллады в поэзии К.М.Фофанова // Жанр и композиция литературного произведения: Межвузовский сб. Петрозаводск, 1988.

255. Теория литературы. Основные проблемы в историческом освещении. В 3-х т. М., 1964. — Кн. 2. Роды и жанры.

256. Тименчик Р. «Над седою, вспененной Двиной .»: Н.Гумилев в Латвии: 1916 1917 // Даугава. — 1986. — № 8.

257. Тименчик Р.Д. Иннокентий Анненский и Николай Гумилев // Вопросы литературы. -1987.- №2.

258. Тименчик Р. К символике трамвая в русской поэзии // Символ в системе культуры. Тарту, 1987.

259. Тименчик Р.Д. Николай Гумилев и Восток: К творч. биогр. поэта // Памир. 1987. -№ 3.

260. Тимофеев Л.И. Основы теории литературы. М., 1976.

261. Толмачев М.В. «.Всему, что у меня есть лучшего, я научился у вас.»: По страницам писем Н.С.Гумилева к В.Я.Брюсову // Лит. учеба. -1987.-№2.

262. Томашевский Б.В. Теория литературы. Поэтика. М., 1996.

263. Троицкий В.Ю. Стилизация // Слово и образ. М., 1964.

264. Тудоровская Е.А. Становление жанра народной баллады в творчестве А.С.Пушкина // Русский фольклор. Т. VII. — М.; Л., 1962.

265. Тумилевич О.Ф. Народная баллада и сказка. Изд-во Саратовского унта, 1972.

266. Тынянов Ю.Н. Проблема стихотворного языка: Статьи. М., 1965.

267. Уразов Н. Ритмические особенности классических метров в стихе Н.С.Гумилева // Русский стих: Сборник. М., 1996.

268. Федотов О.И. Основы русского стихосложения: Методика и ритмика. -М., 1997.

269. Фишер В. Пародия в творчестве Пушкина // Рус. библиофил. 1916. -Кн. 6.

270. Фридлендер Г.М. Н.С.Гумилев критик и теоретик поэзии // Гумилев Н.С. Письма о русской поэзии. — М., 1990.

271. Фризман Л.Г. Жизнь лирического жанра. Русская элегия от Сумарокова до Некрасова. М., 1973.

272. Фрэзер Д. Золотая ветвь. М., 1983.

273. Хализев В.Е. Понятие литературного рода (К истории вопроса) // Вестник Московского ун-та. Серия IX. Филология. 1976. — №2.

274. Хализев В.Е. Теория литературы. М., 1999.

275. Хейт А. Анна Ахматова. Поэтическое странствие / Пер. с англ. Дневники, воспоминания, письма А.Ахматовой / Предисл. А.Наймана; Коммент. В.Черных и др. -М., 1991.

276. Хихадзе Л. Гумилев и Кавказ: (К творческой биографии поэта) // Лит. Грузия. 1988,-№ 12.

277. Цветаева М. Стихотворения / Сост. и вступ. ст. А.Михайлова.-М., 1986.

278. Цуркан В.В. Брюсовская концепция творчества А.С.Пушкина: Авто-реф. дис. . канд. филол. наук. М., 1995.

279. Цыбин В. Проза поэта // Лит. Россия. 1988. — 17 июня (№ 24).

280. Черашняя Д. О жанровой специфике баллад А.К.Толстого // Жанр и композиция литературного произведения: Межвузовский сборник. Петрозаводск, 1984.

281. Чернец Л.В. Литературные жанры (Проблемы типологии и поэтики). -М., 1982.

282. Чернухина Н.Я. Общие особенности поэтического текста: (Лирика). -Воронеж, 1987.

283. Чудесный рог: Народные баллады / Предисл. А.В.Парина. М., 1985.

284. Чудинова Е.П. К вопросу об ориентализме Николая Гумилева // Науч. докл. высш. шк. Филол. науки. 1988. — № 3.

285. Чупринин С. Из твердого камня // Октябрь. 1989. — № 3. — С. 196-202.

286. Шварцбанд С. «Колчан»: «четвертая книга» стихотворений Н.Гумилева (квазиповествовательный текст: система и организация) //N.Gumilev, 1886 -1986.-Oakland, 1987.

287. Шомина В.Г. Русская романтическая баллада начала XIX века и фольклор // Из истории русской и зарубежной литературы XIX XX вв. — Кемерово, 1973.

288. Шошин В.А. Н.Гумилев и Н.Тихонов // Николай Гумилев. Исследования и материалы. Библиография. СПб., 1994.

289. Эйхенбаум Б.М. Мелодика русского лирического стиха // Эйхенбаум Б. О поэзии. Л., 1969.

290. Эльзон М.Д. Примечания II Гумилев Н.С. Стихотворения и поэмы / Вступ. ст. А.И.Павловского; Биогр. очерк В.В.Карпова-Л., 1988.

291. Эльзон М.Д. «. Гласят: «зеленная .» (из комментария к «Заблудившемуся трамваю») // Гумилевские чтения: Материалы конф. СПб., 1996.

292. Эолова арфа. Антология баллады // Сост., предисл., коммент. А.Гугнина. М., 1989.

293. Эредиа Ж.-М. Трофеи. М., 1973.

294. Эткинд А. Содом и Психея: Очерки интеллектуальной истории Серебряного века. М., 1996.

Что скрывается за лучшими балладами «Арии»

О группе «Ария» написано и сказано достаточно много. Книги, бесчисленные статьи и интервью идут практически по одному и тому же сценарию. Я предлагаю вам не совсем стандартный рассказ об «Арии», я предлагаю проследить ее путь через баллады.

Медленные композиции «Арии» являются настоящими жемчужинами в творчестве группы, но мало кто задавался вопросом о том, при каких обстоятельствах и как они были написаны. В процессе подготовки статьи открылось много ранее малоизвестного материала. Речь пойдет о периоде, когда вокалистом группы был Валерий Кипелов. Итак, поехали.

«Мечты»

31 октября 1985 года музыканты Арии закончили работу над своим дебютным альбомом «Мания величия». К сожалению, издать материал на пластинке в тот период не представлялось возможным, поэтому песни были записаны на магнитной кассете и выпущены самиздатом. Никакой обложки, названий песен, пояснений не было. Они появились лишь в 1994 году, именно тогда «Moroz Records» выпустил данный альбом на CD.

Среди 8 композиций нам встречается баллада с проникновенным текстом и незатейливой, но сразу ложащейся на слух, мелодией «Мечты» . Текст песни был написан поэтом Александром Елиным, музыка принадлежит Валерию Кипелову.

Эта рок-баллада была придумана Кипеловым, когда он еще пел в группе «Крестьянские дети». Правда, нужно признать, первоначально мелодия была в мажоре, что существенно выбивалось из общей концепции первого арийского альбома. В результате Валерий сделал эту песню в миноре . Итог нам всем известен.

На своих концертах Валерий Александрович иногда исполняет балладу «Мечты» со своей группой .

«Без тебя»

на фото состав Арии времен альбома

После выхода «Мании Величия» для более плотного звучания на концертах «Арии» потребовался второй гитарист, которым в 1985 стал Андрей Большаков . Попробовать себя в качестве второго гитариста в «Арии» Большакову предложил его хороший товарищ Александр Елин, который написал текст шести песен для первого альбома группы.

В 1986 году был выпущен второй альбом «Арии» — «С кем ты?» Основными композиторами выступили Алик Грановский и Андрей Большаков . Вскоре в «Арии» начался конфликт, разлад с руководителем Виктором Векштейном, раскол внутри группы.

Баллада «Без тебя» была написана Валерием Кипеловым на стихи Маргариты Пушкиной . Андрей Большаков помог Валерию сочинить мощный припев, облагордил в музыкальном плане песню и добавил проникновенную соло-гитару.

Вторая медленная композиция в группе — и снова Кипелов. Песня получилась очень грустная, лиричная и личная для каждого слушателя. Все мы когда-то теряли любимых людей и расставались .

«Ангельская пыль»

на фото группа

К середине 90-х группа имела на своем счету пять студийных альбомов . «Ария» смогла закрепить за собой статус самой успешной отечественной хэви-метал команды. Бас-гитарист Виталий Дубинин оказался настоящей находкой для «Арии», став основным композитором и одним из лидеров коллектива. «Герой асфальта» (1987), «Игра с огнем» (1989), «Кровь за кровь» (1991) до сих среди фанатов считаются лучшими творениями «арийцев». Все было прекрасно, но .

В 1994 году группа влачила жалкое существование, перебиваясь редкими гастролями. Катастрофическое падение уровня жизни в стране ударило и по музыкантам.

Гитарист Холстинин был вынужден заниматься частным извозом. Кипелов и Дубинин работали сторожами на студии за 50 $ в месяц. Гитарист «Мастера» Сергей Попов ездил в Турцию за товарами и перепродавал их на рынке в Москве. С экономической точки зрения время было жуткое .

Тем не менее, в конце лета «Ария» начала записывать материал для шестого альбома. И тут грянул гром — группа объявила о поиске нового вокалиста.

На смену Кипелову пришел Алексей Булгаков из группы «Легион» . Гитариста Сергея Маврина и продюсеров его вокал не устроил. Это привело к парадоксальному итогу — Кипелов вернулся в группу, а Маврин ее покинул. В таких тяжелейших обстоятельствах создавался альбом «Ночь короче дня».

Для тех, кто желает подробно узнать о конфликте и разладе в Арии времен записи «Ночь короче дня», отправляю к книге Троя Дилана «Ария: Легенда о динозавре».

Слова трагичной баллады «Ангельская пыль» были написаны поэтессой Маргаритой Пушкиной, которая к тому времени стала основным автором текстов группы. Эта песня стала камнем преткновения в споре о Кипелове. Маврин считал, что только вокал Кипелова сможет передать весь драматизм «Ангельской пыли», а так же других композиций альбома. Благодаря YouTube мы можем послушать эту балладу в исполнении Алексея Булгакова и сравнить с оригиналом.

Музыка песни была написана Дубининым и Холстининым в соавторстве, на альбоме партии акустической гитары были записаны при участии Сергея Маврина.

«Возьми мое сердце»

Авторство музыки этого хита приналежит практически всем участникам группы — Кипелову, Маврину, Дубинину, Холстинину. Музыкальная идея песни принадлежала Валерию Кипелову. Над этой балладой группа мучительно билась около года!

Для Маргариты Пушкиной «Возьми мое сердце» стала самой личной песней за все годы сотрудничества с «Арией» . Стихи были посвящены близкому поэтессе человеку, котрый умер у нее буквально на руках. Мелодия, текст, вокал, гитары, соло — все на высоте в этой красивой и трагичной балладе.

«Закат»

на фото в центре поэтесса Маргарита Пушкина

На место Сергея Маврина в группу был приглашен Сергей Терентьев, который привнес свои нотки в творчество коллектива. К альбому «Генератор зла» музыканты подошли очень серьезно. В нем нашли отражение музыкальные вкусы и пристрастия каждого из них. Холстинин прекрасно сыгрался с Терентьевым, Пушкина написала, по ее мнению, свой лучший текст для песни («Беги за солнцем»), Виталий Дубинин впервые выступил в качестве вокалиста, игра Александра Манякина не вызывала никаких вопросов, а Валерий Кипелов придумал гениальное произведение. «Ария» записала два клипа на свои песни. Группа однозначно вышла на более высокую ступень своего развития . И это все в дефолтный 1998 год.

Музыка баллады «Закат» написана Кипеловым, текст принадлежит перу Маргариты Пушкиной. Для Валерия Александровича эта песня стала очень личной , сам он сказал по этому поводу следующее: «Это песня зрелого мужчины, песня обо мне самом на все сто процентов. Она близка мне по внутреннему состоянию, моей неуверенности в себе… Не знаю, кто как, но мне кажется, что слушаешь «Закат» — и понимаешь, что такое русская тоска. А русский человек постоянно пребывает в тоске…»

«Закат» лично для меня является самой любимой балладой в творчестве группы. А какая баллада является для вас самой любимой? Поделитесь, пожалуйста, в комментариях. Это очень важно!

«Потерянный рай»

В 2000 году «Ария» записала интересный сборник «2000 и одна ночь» куда вошли старые лирические композиции группы, но в другой аранжировке и интерпретации. На диске была новая песня «Потерянный рай», которая оказалась настоящим хитом от гитариста Сергея Терентьева.

После распада Арии баллада «Потерянный рай» стала исполняться тремя группами: непосредственно арийцами, «Кипеловым» и «Артерией» (группа Сергея Терентьева, прим. автора).

Сергей Терентьев давно придумал «Потерянный рай», но особого значения этому не придал. Заготовка песни у него появилась между 1993-1994 годами. «Я не думал, что в перспективе она пригодится и сможет стать потенциальных хитом,» — сказал в одном из интервью Терентьев. Когда черновик песни был записан музыкантами в 1999 году, ее передали Пушкиной для написания текстовой составляющей. Итог до сих поражает воображение всех поклонников «Арии».

«Осколок льда»

Альбом «Химера», вышедший в 2001 году, стал последним для Кипелова в составе «Арии.» По его словам во время работы над альбомом все музыканты были разобщены, каждый трудился над своим собственным материалом, коллективного творчества не было. В этом альбоме группа решила вновь начать сотрудничество с поэтом Александром Елиным.

Баллада «Осколок льда» была написана Виталием Дубининым и Маргаритой Пушкиной. Всего поэтесса предложила 11 вариантов этой песни, в итоге Дубинин выбрал тот, который мы можем услышать на альбоме. Песня очень полюбилась фанатам группы. На «Осколок льда» в Чехии был снят клип (на мой взгляд самый удачный клип Арии).

«Там высоко»(последняя хорошая баллада Арии)

В 2003 году обновленный состав группы «Ария» выпустил альбом «Крещение огнем». Альбом вышел мощным, драйвовым, свежим. Новый вокалист Артур Беркут выложился по полной, как и другие музыканты.

Баллада «Там высоко» была написана Виталием Дубининым и Маргаритой Пушкиной.

В принципе, эту балладу можно было бы и не упоминать, т.к. в самом начале статьи я отметил, что речь пойдет только о периоде «Арии» с Кипеловым. Так зачем она здесь?

На мой взгляд «Крещение огнем» — это последний удачный альбом «Арии», да, увы, без Кипелова, но все равно удачный. Дальнейшее творчество группы, как и выбор вокалиста, мне до сих пор непонятно — «уху не за что зацепиться».

на фото баллады, которые упоминаются в данной статье

Такова история «Арии», рассказанная с помощью баллад, и освещающая наиболее интересные периоды творчества группы.

Оставляйте ваши комментарии, которые являются большим стимулом писать в этом направлении, ставьте нравится и подписывайтесь на канал. Буду благодарен Вам за любую активность. Не скучайте!